Джазовая платформа

(комментарий из 2021 года, когда этот текст публикуется) Возникает очевидный вопрос — зачем обнародовать почти двадцать лет спустя этот безудержно наивный текст, в котором ещё и «интервью» берётся, пусть и по заданию редакции, у самого себя, а ответы второго собеседника тоже пишутся самостоятельно? Ну, скажем так, это документ эпохи, по-своему дорогой именно мне лично. Профессиональное становление, вехи трудового пути и так далее. Искренняя вера новичка в то, что всё это кому-то нужно, что существует некая инфраструктура и некие финансы, что всё можно пойти и сделать правильно и с первого раза, что анонсы можно и нужно публиковать ещё до того, как найдены спонсоры. Это… забавно. Но это было, и именно отсюда всё и начиналось.

*

Как стало известно редакции «Репортера», в среде самарских джазовых продюсеров появился новый человек, который сразу же взялся за весьма амбициозный проект – трехдневный международный фестиваль авангардного джаза, запланированный на начало ноября. Оказалось, что он работает не сам по себе, а как представитель недавно сформированной команды, ставящей своей задачей организацию в городе концертов качественной и умной музыки. Арт-директор будущего фестиваля Юрий Льноградский и директор концертного зала — Дворца Культуры Железнодорожников — Владимир Иванов ответили на некоторые вопросы редакции.

— Юрий, как возникла идея этого фестиваля?

— (Ю.Л.) Простым волевым решением. Самара готова охотно принимать самые представительные джазовые события, в том числе многодневные и международные. Но в последние несколько лет почти все они – привозные, в основном московские. Организация же тех, которые сделаны здесь, не всегда на высоте. Хотя, наверное, я не имею права это заявлять, еще ничего не сделав. Так или иначе, я решил полностью самостоятельно сделать местный «продукт», который бы был не хуже федеральных программ — «Джазовой провинции» Леонида Винцкевича, «Джазовой весны» Даниила Крамера, отдельных привозных концертов Игоря Бутмана.

— У вас есть опыт организации фестивалей?

— (Ю.Л.) Есть желание и понимание того, что нужно музыкантам и что нужно публике. Музыканту должно быть комфортно, и он должен получать нормальные гонорары. Кстати, Владимир как одновременно директор Пушкинского дома и джазовый музыкант более чем компетентен в этих вопросах. А публике нужно качественно организованное событие с нормальными ценами.

— И о каких ценах идет речь?

— (В.И.) Мы принципиально оставляем цены на уровне, доступном для целевой аудитории. Пока говорим о стоимости билета до 300 рублей.

— (Ю.Л.) И это при том, что для выхода фестиваля «на ноль» билеты должны стоить около тысячи рублей. Это еще далеко не московские цены, но уже далеко не самарские.

— Как вы собираетесь решать это противоречие?

— (В.И.) Привлечением спонсорских средств. Других способов нет. К счастью, в нашем распоряжении великолепная концертная площадка, без преувеличения лучший в Самаре зал, рассчитанный на камерное исполнение. Его уже оценили по достоинству местные гранды академической музыки. Это Дворец Культуры Железнодорожников имени Пушкина, стоящий на балансе Куйбышевской железной дороги, только что прошедший через массивный ремонт и оснащенный самой современной звуковой и световой аппаратурой. А инструменты вообще, наверное, ставят этот зал на первое место в Самаре.

— Вы считаете, что джаз привлекателен для спонсоров?

— (Ю.Л.) Конечно. Я знаю, что минимальный спонсорский вклад для международного фестиваля в Москве – около ста тысяч долларов. А аренда концертного зала «Россия» там обходится в 72 тысячи. Долларов! Это и там, наверное, деньги, которые никто не станет вкладывать, не интересуясь самой музыкой или ее аудиторией. Сегодня в столице Поволжья достаточно финансистов высокого культурного уровня, которые понимают, что есть музыка для масс и есть музыка с большой буквы. Фестиваль будет даже не джазовым. Он настолько узкоспецифичен, что не имеет аналогов для города, да и региона. Это свободный, этнический джаз – крайне искушенные течения, идущие от сильной классической и традиционной джазовой школы. Мы ждем аудиторию, которая формирует культурную элиту города. Есть ли в Самаре меценаты, которые готовы работать на такую аудиторию? Безусловно.

— Что будет с фестивалем, если вы неверно оцениваете желания самарских меценатов?

— (В.И.) Фестиваль состоится так или иначе, хотя окажется менее броским. Мы запланировали по-настоящему большое культурное событие, которое по определению не может быть коммерческим. Но отдельно взятые коллективы способны уверенно приносить прибыль. Чего стоит, например, приглашенный нами московский секстет «Маримба-плюс»: вспомните, как их встречала Самара на «Джазовой весне». Камерное исполнение, тысячный зал – и пронзительная тишина в зале, ни единого шепота, а потом настоящая овация.

— А почему вы продюсируете фестиваль самостоятельно, не привлекая в проект опытных самарских джазовых организаторов?

— (В.И.) Для нас это целевой проект. В Пушкинском доме работают профессионалы, и команда, строго говоря, самодостаточна. Но самое главное – я недаром постоянно к этому возращаюсь — у нас в руках зал, звук, свет и инструменты, которых не имеет ни один из именно джазовых организаторов. Кроме того, все значительные джазовые продюсеры так или иначе с нами связаны, и мы представляем, кто из них хочет или может участвовать в этом процессе, а кто – нет.

— (Ю.Л.) А для меня лично – это окончательный переход на профессиональный уровень. Я имею опыт организации локальных концертов, и пока что это работает – пусть в небольших масштабах, но в четком соответствии с планом. Самарская группа “New A”, которую я администрирую, за год существования стала в первые ряды самарского джаза, получила ряд дипломов на фестивалях, приглашения в другие города, дала сольный концерт на XXX Грушинском фестивале, будет представлять город в программе культурного обмена со Штутгартом. Я запустил серию «джазовые вечера в «Арт-кофе» и создал тем самым единственную на сегодня в городе площадку, где молодые музыканты могут играть полноценные джемы перед живой публикой дважды в неделю. Эта программа вышла уже на второй концертный сезон. Самым большим событием был джем с участием немецких джазменов, где выступали многие местные гранды. Удалось выставить две ударные установки и усадить немцев в один ряд с самарскими студентами. Разве этого мало? Я представляю в городе главный русскоязычный джазовый интернет-ресурс – портал «Джаз в России», http://jazz.ru, веду не имеющий аналогов интернет-проект – целевой сайт, посвященный культовой немецкой фирме записи ECM Records (кстати, один из участников нашего фестиваля записал там четыре альбома). Почему после всего этого я не могу замахнуться на большой фестиваль? Тем более если при выборе его участников меня охотно консультируют многократный лучший джазмен России Аркадий Шилклопер и ведущий отечественный джазовый журналист Кирилл Мошков? Есть и еще одна причина: я просто боюсь в процессе контакта с опытными организаторами остудить первоначальный пыл и начать оптимизировать расходы.

— Фестивалю так нужны расходы?

— (В.И.) Фестивалю нужно качество. А качество дешевым не бывает. Сегодня оно есть.

— Что, по-вашему, позволит ему выделиться на фоне других фестивалей?

— (Ю.Л.) Первое – самарское производство. Это отличает нас от «Джазовой провинции», сказать которой «спасибо» никогда не лишне, но которая не имеет к городу ни малейшего отношения. Второе – настоящий международный статус. Мы приглашаем лучшую группу Норвегии 2001 года, блестящий финский квартет Йормы Тапио и четыре лидирующих отечественных коллектива. Третье – уровень организации, который не уступает Москве.

— (В.И.) Четвертое – специфичность. В стране очень немного многодневных, а тем более международных фестивалей, которые были бы так четко ориентированы стилистически.

— А востребована ли эта музыка в Самаре?

— (В.И.) Как и в любом месте, где есть люди, которые слушают музыку. Слова «авангардный джаз» в массовом сознании сразу ассоциируются с каким-то сумасшествием, но есть множество возражений. Например, все знают Валентину Пономареву как блестящую исполнительницу романсов. А джазовая среда знает ее как «гармоническую» вокалистку, которая исполняет без слов самый что ни на есть джазовый авангард. И это для нее два совершенно равноценных направления.

— Вот это любопытно!

— (Ю.Л.) Владимир совершенно прав. Татьяна Комова, которая приедет на фестиваль с ансамблем «Второе приближение», по-своему делает то же самое – думаю, ее участие в цыганском дуэте «Ромэн» более известно. Москвич Алексей Круглов пишет многочастные камерные сочинения, включающие – вдумайтесь!- рэповое исполнение лирики Владимира Высоцкого на джазовой канве. Практически все отечественные музыканты, которых мы пригласили, имеют великолепную классическую школу, множество дипломов именно классического плана. Кто-то всерьез думает, что в Самаре не наберется тысячи человек, которые воспримут такой концерт как большой подарок?

— (В.И.) Одна из причин, по которой мы работаем вместе – это именно понимание уровня города. В Пушкинском доме 400 мест. Это камерный зал. Но для такого рода концертов это оптимально. Более чем оптимально.

— Возвращаясь к местным концертам, не было ли все-таки желания совместить свое детище с уже традиционными фестивалями?

— (Ю.Л.) У меня замечательные отношения с Львом Степановичем Бекасовым, основателем самарского джазового фестивального движения как такового. Я знаю, с какими трудностями сталкивается этот (без преувеличения) подвижник. Но лично мне не хочется идти его путем. Планирование за год вперед, оформление множества бумаг, рутина… Можно только сказать спасибо администрации города и области, которая помогает Льву Степановичу выбивать деньги под фестиваля через эту неизбежную рутину. Но я хочу этот фестиваль… сымпровизировать. Это мой собственный джаз, никак не связанный ни с властными структурами, ни с престижем джаз-клуба «ГМК-62».

— Владимир, а вы как «юридическое лицо» не боитесь связывать свою деятельность с продюсером, который так негативно относится к планированию?

— (В.И.) С планированием у нас все нормально. Как участнику команды Пушкинского дома мне, наоборот, импонирует тот подход, о котором мы говорим. Какой смысл получать зарплату в течение года, но не гарантировать результата? Здесь я полностью отдаю на откуп арт-директору всю организацию фестиваля и готов при необходимости ставить свою подпись. Все. У него было всего четыре месяца на подготовку. За месяц он провел все расчеты и оговорил все условия с музыкантами. Это быстро, это действительно импровизация, но я не вижу в этих планах какой бы то ни было слабости.

— Юрий, а почему вы готовы делать все это на чистом энтузиазме?

— (Ю.Л.) Я люблю именно эту музыку. И кто-то должен любить ее активно. Почему не я? Это на самом деле очень интересно – организовывать фестиваль.

— Что ж, надеемся, что ваш фестиваль состоится и действительно станет подарком для города. Что вы могли бы пожелать его будущей аудитории?

— (Ю.Л.) Дать о нас знать тем, кому это интересно. Импровизируйте вместе с нами, и как минимум бесплатный проход за кулисы я гарантирую (смеется).

— (В.И.) Слушать музыку.

*

Текст и интервью: Юрий Льноградский (2004 год). Предназначалось для газеты «Репортёр» (публиковалось или нет — теперь уже не вспомнить; скорее всего, публиковалось в редактированном виде)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *