Джаз и вера

Один из самых многообещающих коллективов города, джаз-роковая группа “NEW A” под управлением Олега Примака, стала сенсацией 6-го международного музыкального фестиваля «Устуу-Хурээ», прошедшего одновременно с Грушинским в республике Тыва.

До Тывы около 4000 километров и 7000 рублей, если лететь в Кызыл самолетом. Поездом дешевле, но ехать надо трое суток и как-то добираться от Абакана еще километров триста. Самарская джаз-роковая группа “New A” добралась туда транзитом через Новосибирск с помощью совершенно неожиданного спонсора – профсоюзов Куйбышевской железной дороги. Стратегических интересов в начисто лишенной рельсов и шпал Тыве у компании нет; она на удивление просто и прямо поддерживает местную культуру, посылая свой базовый музыкальный коллектив туда, где он может быть интересен.

Самарцы отправились в путешествие вместе с финской авант-джазовой группой «Kaski» под управлением Йормы Тапио, которая в день старта дала яркий и вызвавший самые полярные отзывы концерт в ДК Железнодорожников. Начавшись совершенно авантюрно, поездка с каждым километром приобретала все новые и новые штрихи, заставлявшие не сомневаться в успехе: в Новосибирске, например, оба коллектива попали в руки блестящего молодого продюсера Романа Рыженкова, который буквально за два дня устроил выступление в интеллектуальном центре столицы Сибири, Академгородке. В престижном зале ДК «Юность» собралось около трехсот человек, для которых и отчаянная энергетика самарцев, и круто замешанный авангард финнов стали откровением.

А затем Европа закончилась, хотя чисто географически она закончилась раньше. Есть такое понятие, как «тувинское время». Местные жители без тени иронии говорят, что в сутках вовсе не 24 часа, а ровно столько, сколько нужно. Присланный за 1300 километров автобус ломается, посреди двухкилометровых перевалов заканчивается бензин, одинокий пост ДПС на берегу бурной горной реки в течение часа кропотливо занимается регистрацией прибывших на территорию Тувы иностранцев, а для приготовления салата в дороге не хватает мисок, и его делают в обычном полиэтиленовом пакете. Выехав из Новосибирска, никто уже не знал, что такое время. Водитель вел машину 1300 километров, не прерываясь на сон и легко обгоняя по ночной трассе серьезные иномарки, федеральные трассы сменялись невнятными грунтовками, а выскакивающие навстречу названия ввергали в ступор – чего стоит хотя бы деревня Косые Ложки или закусочная «Чодура».

Но именно с момента посадки в автобус начался и сам фестиваль. Официально это «фестиваль музыки и веры», а его название – это имя каменного буддистского храма, разрушенного большевиками в годы репрессий. Уже шестой год предполагается, что проведение фестиваля поможет собрать средства для восстановления этой культурной жемчужины Тувы, но вместо этого, чисто по-тувински, получается нечто совсем иное – в невыразимо прекрасной и невообразимо безденежной тувинской степи вырастает фестиваль, который своим уровнем и духом может успешно конкурировать с многими европейскими «событиями года».

В Туве поражает многое. Население столицы республики равно четырем стадионам «Металлург», а весь тувинский народ уступает по численности Сызрани. Но при этом на фестиваль в Туву прилетает прославленный американский биг-бэнд, динозавры радикального черного джаза «Sun Ra Arkestra», и они играют там ЧЕТЫРЕ концерта, причем три из них – в районных центрах, и вход на эти три концерта свободен для публики. До сих пор все появление американцев на территории СССР ограничивалось полуподвальным концертом в Москве на заре перестройки.

Все это делает скромный, малозаметный и ничем с виду не примечательный человек по имени Игорь Дулуш. Гитарист, музыкант оркестра Тувинской филармонии, автор идеи «Устуу-Хурээ», несущий на себе крест этого фестиваля уже шесть лет. Не будет преувеличением сказать, что удается ему все это только благодаря искренней вере, причем вере неброской, по-тувински неторопливой и по-тувински же упертой. Еще за три дня до фестиваля не было ясно, удастся ли оргкомитету найти деньги на перелет “Sun Ra”, а основной союзник, министр культуры Тувы, за неделю до фестиваля был заменен на посту на другого человека. И вера Дулуша была подкреплена, как ни странно, именно из Самары – профсоюз железной дороги выделил средства, а предупрежденный о трудностях пути финн Йорма Тапио просто сказал «в жизни всегда есть место подвигу».

Вы были в сердце Тувы? Поезжайте на «Устуу-Хурээ – 2005», и вы никогда не сможете вытравить это из своей памяти. Горы дикой сиреневой красоты, видимые отовсюду; сухой степной ветер, ставящий палатки на ребро; странные для европейского глаза женщины, на которых совершенно не задерживается взгляд, пока одна из них вдруг не бьет наотмашь своей красотой; приветливое «оки», что значит «здравствуйте», и сложное «четырдым», что значит «спасибо»…

На концертах фестиваля побывало не меньше пяти тысяч человек. Самарцы, поставленные куда-то в середину конкурсной программы, своим зажигательным джаз-роком завели аудиторию так, что их не отпускали около сорока минут, вдвое нарушив лимит времени. На следующий день, в программе гала-концерта, “New A” играли уже в самом конце программы, непосредственно перед главными американскими звездами, уже взяв два диплома – «лучшая джаз-группа фестиваля» (опередив американцев!) и «лучший басист фестиваля» (самарский Мехзавод в лице девятнадцатилетнего Алексея Титенко).

Фестиваль был велик: Россия и Украина, Финляндия и Дания, США и Япония, Тува и Хакассия, джаз и классика, панк и фолк, тувинское горловое пение и старинная европейская вокальная традиция, электрогитара и акустический игил, современные ударные и шаманские бубны, куртки-косухи и цветастые традиционные наряды. Жюри работало в 18 номинациях, самой трогательной из которых стала, наверное, «Дебют фестиваля» — этот диплом получил 12-летний школьник из Чадана Менги Монгуш, для которого сопровождавший диплом приз в 500 рублей стал совершенно фантастической суммой.

Три дня после фестиваля гости жили на горном озере Сут-Холь, святыне тувинцев. В нем не разрешено купаться, мыть посуду, даже брать из него воду для пищи рекомендуется только местным жителям. На берегу Сут-Холя встал палаточный лагерь и несколько юрт, и одной из самых сильных картин фестиваля остался ночной джем, когда тувинские пацаны играли на перестроенных на национальный лад гитарах «Потерял я любовь и девчонку свою», маститые американские джазовые мэтры подыгрывали им на саксофонах, а задумчивый финн Тапани Варис неторопливо зудел на хамузе.

А потом был гала-концерт на городском стадионе Кызыла и официальный джем фестиваля, где по инициативе Олега Примака «в одном флаконе» объединились фанк “New A”, джаз американцев из «Sun Ra», старинная музыка старообрядцев, населяющих верховья Енисея, и тувинское горловое пение.

Уезжать было не жаль. Самара стала для фестиваля такой же сокрушающе приятной неожиданностью, как и фестиваль для Самары, и Самара вновь будет представлена там в 2005 году. Наверняка более чем одним коллективом.

*

Текст: Юрий Льноградский. Публикация: газета «Репортёр», 1 августа 2004

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *